Клин православный

Сергиево-Посадская епархия Русской Православной Церкви

75-летие протоиерея Бориса Балашова
Храм Благочиние Статьи Вопросы священнику
Приветствую Вас Гость | Вторник, 16.08.2022, 00:40 | RSS
 
Форма входа
Логин:
Пароль:

Воскресная школа

Занятия в воскресной школе
и на Библейско-богословских курсах



Богослужения
Храм иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость"


Рубрикатор статей
Жизнь благочиния
Из церковной жизни
Церковные праздники
Церковные Таинства
Как мы веруем
Духовное просвещение
Нам пишут
Здоровье душевное и телесное
Семь-я
Литература, искусство
Осторожно: секты
Церковь и общество
От иллюзий к реальности
Видео

Актуально

Предстоящие события


Перейти на новую версию сайта

Главная » Статьи » Жизнь благочиния

75-летие протоиерея Бориса Балашова

23 апреля 2022 года 75-летний юбилей отмечает настоятель Скорбященского храма г. Клина протоиерей Борис Балашов. От всей души поздравляем дорогого батюшку!

В этом году день рождения о. Бориса выпал на один из самых прекрасных дней в богослужебном году – Великую Субботу, поэтому поздравления юбиляр будет принимать на Светлой пасхальной неделе. 

С именем протоиерея Бориса Балашова тесно связана история возрождения Православия в Клинском благочинии. Приехав в Клин в 1987 году, о. Борис исполнял обязанности благочинного, духовно окормлял духовенство и прихожан, занимался организацией работ по восстановлению разрушенных храмов, подготавливал будущих священнослужителей, вёл активную просветительскую и социальную деятельность.

Скорбященский храм стал духовным и просветительским центром Клина. В годы застоя, в кризисные перестроечные годы, когда рушилась не только экономика страны, но и происходила ломка нравственных ценностей, множество людей нашли помощь и обрели веру благодаря о. Борису и тем священнослужителям, которые готовились стать пастырями в Скорбященской церкви.

В настоящее время о. Борис с пастырской деятельностью совмещает преподавательскую работу в детской и взрослой воскресных школах при Скорбященском храме и на Курсах повышения квалификации священнослужителей Московской митрополии. Он является духовником Православной классической гимназии «София» в Клину, руководит издательством «Христианская жизнь», является главным редактором газеты «Клин православный» и телепрограммы «Дорога к храму», а также автором книг и учебных пособий для катехизации детей и взрослых.

Протоиерей Борис Балашов имеет многочисленные церковные награды, в том числе – право служения Божественной литургии с открытыми царскими вратами до «Отче наш». Он является почетным гражданином Клинского района, в день 70-летия ему был вручен наградной знак «700 лет городу Клин».

Предлагаем вашему вниманию воспоминания протоиерея Бориса Балашова, в разные годы публиковавшиеся на нашем сайте.

Как я поверил в Воскресение Христово

Я рос в подмосковном городке в послевоенное время. Храм в нашем городе был закрыт, поэтому я никогда в детстве в церкви не бывал, никакого понятия о церковной жизни не имел, никогда не молился и не понимал, что это такое. Люди, жившие вокруг меня, по-разному относились к религии. Но мне удалось заметить, что в целом существует какая-то разница между людьми, которые верят в Бога и ходят в храм, и теми, кто в Бога не верит и живет вне христианства.

С родителями и старшим братом

Мы жили в маленьких домах, и поэтому было постоянное общение между людьми, все мы друг друга достаточно хорошо знали. В моем детском восприятии запечатлелось, что верующие люди – более мягкие и более открытые к чужой беде. Для многих людей, настроенных антицерковно, мне казались типичными такие черты, как большая черствость к посторонним людям – не родственникам – и какая-то хроническая безрадостность. Почему это так, я, конечно, объяснить не мог.

Люди праздновали 1 мая, октябрьские праздники, Новый год. Но как-то особо выделялась подготовка верующих к празднику Пасхи. Мылись окна в домах, пеклись куличи, делались творожные пасхи, красились яички. И все это говорило о непонятной большой радости. Да и люди, не особо верующие и откровенно неверующие, тоже красили яйца. В качестве подготовительных мероприятий к празднику Пасхи были обязательные атеистические беседы в школе. В содержание того, что нам говорили в классе о вреде церковных праздников, никто из ребят особо не вникал. Но сам факт этих бесед говорил, что праздник Пасхи – дело серьезное, раз так настойчиво всех школьников предупреждали об его опасности. Не было понятно, за что учителя ругают детей, когда те приносили в школу крашеные яйца. Но раз запрещают их есть и приносить в школу, получается, они что-то означают. А что?

Ежегодно о празднике Пасхи заранее предупреждали и те субботники, которые устраивались "по желанию трудящихся" в день празднования Пасхи.

Но, наверное, убедительнее всего говорили о Пасхе лица верующих людей, озаренные какой-то доброй радостью, их искренние слова "Христос Воскресе!" и "Воистину Воскресе!". И мой детский ум очень тянулся к тому, чтобы понять – что же такое скрывается за всем этим, что одним несет радость, а других ужасно раздражает и пугает? Но ведь ни один нормальный человек не будет же бояться пустого места?! Было и еще одно обстоятельство, которое напрягало мою детскую мысль. Кругом умирали люди, в том числе и дети. Я видел, какое это приносит горе. Все мое нутро протестовало против смерти. В моем сознании смерть человека казалась страшной и нелепой бессмыслицей. Зачем тогда расти, учиться, если все окончится смертью?

В окружающем меня мире все ведь так умно и красиво устроено, во всем есть свой смысл, а в том, что я живу на свете, получается, смысла нет? Мой ум не мог этого принять, ведь все в мире делается для чего-то, с какой-то целью, – я был в этом убежден. И вот все это побуждало меня прийти к твердому убеждению, что Бог должен где-то существовать, что смысл в жизни обязательно должен быть, и что праздник Пасхи, крашеные яйца и непонятные слова "Христос Воскресе" значат для меня лично что-то крайне важное.

С младшего школьного возраста у меня сложилось впечатление, что празднику Пасхи радуется природа: и деревья в саду, и птицы, и оживающая весной земля, и воздух, и солнце. Я боялся с кем-либо поделиться своим наблюдением, но полагал, что в этом скрыт некий тайный смысл для меня.

И вот произошло, в своем роде, чудо. Я учился в шестом классе, когда моя тетя по моей настойчивой просьбе взяла меня с собой в церковь на крестный ход. Мы пошли к небольшому православному храму на Преображенском кладбище в Москве. Было очень много народа. В сам храм войти было просто невозможно. И вот ясная ночь. Я стою в толпе народа, не знаю, какой рукой надо креститься и в какую сторону, но вместе со всеми в первый раз в жизни держу в руках красную зажженную свечу.

Впервые слышу радостный звон колоколов. Вдруг где-то раздается тихое, раздирающее сердце, ни на что другое в мире не похожее церковное пение. Я не понимал, что пели, но понимал, что что-то очень важное. Крестный ход медленно обходил храм. Вот крестный ход прошел рядом со мной. Какая-то тихая пасхальная радость наполнила сердце. Потом я услышал пение уже известных мне слов "Христос Воскресе!"

В церкви шла радостная церковная служба. Я стоял со свечой у открытого церковного окна. Периодически священнослужители подходили с кадилом к открытым окнам и кричали нам, стоящим на улице: "Христос Воскресе!" Я робко вместе со всеми отвечал: "Воистину Воскресе!" И я вдруг понял: все те казенные пропагандисты, которые перед Пасхой нас идеологически обрабатывали в школе, врали. А эти вот люди, которые стояли со свечами рядом со мной, и эти священнослужители, которые с искренней радостью кричали нам в окно: "Христос Воскресе!" – именно они-то и говорят правду, ложь так не скажет и опытный артист. Настоящая правда – она чувствуется. Я поверил в то, что все эти люди свидетельствуют о том, чего я не знаю, основываясь на собственном жизненном опыте. Я поверил, что незнакомый мне Христос действительно Воскрес! И что именно в этом и есть вся правда жизни, и что именно поэтому жизнь имеет смысл!

Посвящение во чтеца

Со школьных лет во мне ярко проявилось стремление к священству. Хотел поступать в семинарию, но мой духовник – тайный священник Николай Иванов, находившийся в духовной связи с Митрополитом Ярославский и Ростовский Иоанном (Вендландом), своим старым другом, – посоветовал мне сначала получить высшее образование. Я так и сделал, поступив учиться на исторический факультет МГУ.

В начале 1968 года мой духовный наставник вместе со мной поехал в Ярославль в гости к митрополиту Иоанну, занимавшему к этому времени уже Ярославскую кафедру.

На Божественной литургии в Феодоровском кафедральном соборе я впервые иподиаконствовал. Меня поразило, как истово молился архиерей. Возгласы он произносил громоподобно громко, старательно выговаривая каждое слово. В алтаре была теплая и доброжелательная атмосфера. Оказалось, что эта литургия в Феодоровском кафедральном соборе связала меня на многие годы с Ярославской епархией.

После службы, во время обеда Владыка пригласил меня приезжать к нему в гости и участвовать в богослужениях в качестве иподиакона. Я с радостью принял это приглашение и с тех пор старался раз в месяц приезжать из Москвы в Ярославль, предварительно созваниваясь с Владыкой по телефону. Быть в алтаре рядом с горевшим молитвой архиереем было для меня великим счастьем. Духовенство собора и иподиаконы отнеслись ко мне доброжелательно. Поездки в Ярославль стали регулярными.

В 1969 г. на праздник Успения Пресвятой Богородицы я приехал к Владыке Иоанну. Отслужили всенощное бдение. Было очень жарко. В архиерейском доме после ужина я беседовал с митрополитом. В частности, я затронул такую тему: "В Древней Церкви все ступени церковного служения, чтеца и иподиакона проходили не торопясь, а сейчас, практически, в церковной жизни нет поставленных чтецов и почти нет иподиаконов. Помогающие на богослужении только принимают благословение облачиться в стихарь. А не могли бы Вы, Владыко, посвятить меня во чтеца? Я еще не женатый, поэтому о посвящении в иподиаконы говорить рано".

Митрополит сказал: "Хорошо, пишите прошение. Пойдемте в кабинет". Его лицо сразу посерьезнело. Мы спустились на первый этаж в рабочий кабинет архиерея. Под его диктовку я написал прошение и отдал его Владыке. Он принял мою исповедь в маленьком домовом храме «Всех святых в земле Ростово-Ярославской просиявших».

Уже было поздно. Владыка Иоанн озаботился проблемой – где взять на меня подрясник? Ничего подходящего мне по росту в доме не оказалось. Тогда он взял свой подрясник, который мне был неимоверно длинен, и английскими булавками мы стали закалывать и подгибать его полы. Сидел на мне архиерейский подрясник необычайно неуклюже. Утром вместе с митрополитом поехали в собор. В этом подряснике я предстал пред очами священников и иподиаконов. Все смотрели на меня недоуменно, но вопросов не задавали. Архиерей объяснил, что он меня будет посвящать во чтеца. Но этим недоумение в алтаре не развеялось, ведь таких случаев у них еще не было. Настоятель, протоиерей Борис Старк осмотрел меня критически и сказал: "Ему бы какой-нибудь другой подрясничек найти…" Отец Игорь Мальцев, почесав бороду, сказал: "А ну-ка, попробуй мой одеть". Подрясник отца Игоря мне пришелся впору, однако он был достаточно теплым, а была жара. Выбора не было. В этом подряснике отца Игоря меня торжественно вывели на середину храма к архиерею. Эта хиротесия – посвящение во чтеца – запомнилась мне, как одно из самых светлых событий в моей жизни…

О Божьей благодати

На Благовещение 7 апреля 1971 г. Владыка Иоанн (Вендланд) посвятил меня в иподиакона. И вскоре мне удалось ощутить плоды этого касания благодати Божией моего сердца. Я вел много бесед о вере с одним неверующим молодым человеком. Но только после иподиаконской хиротесии Бог дал привести этого человека к вере и Церкви.

Татьяна Владышевская, тайный священник Николай Иванов,
митрополит Ярославский и Ростовский Иоанн, иподиакон Николай и Нина Зиновьевы,
иподиакон Борис Балашов во дворе Ярославского епархиального управления. 1969 г.

О вере

В армию я попал поздно, в 26 лет. Сначала учился в университете, потом была еще отсрочка. Наступил предельный возраст, и меня призвали. Дома осталась жена с маленькой дочкой. Я был уже не только воцерковленным человеком, но и принимал участие в богослужении – был иподиаконом митрополита Ярославского и Ростовского Иоанна, стремился стать священником.

И вот я один, вокруг сопки, карликовые и стелющиеся деревья, радостно светит солнце. Как хорошо – я могу спокойно почитать Евангелие о Воскресении Иисуса Христа, Спасителя мира. Вспоминая о пасхальной радости близких людей, друзей-священников и близкого сердцу пожилого митрополита Иоанна, я стал петь пасхальные песнопения. И казалось, что небесный свод – это купол громадного храма; чистый снег и полярная природа – как бы икона Божественной красоты. Стало очень легко, по пасхальному радостно – никакого чувства одиночества. Я христосовался на расстоянии тысяч километров со своими близкими, называя их по именам.

Какой вкусной оказалась скромная пасхальная трапеза! Вполне реальной представлялась и моя мечта о священстве. Сердце пело…

Я вернулся в воинскую часть раньше положенного срока. Было ощущение, что побывал в храме на богослужении. Мне удалось так ярко ощутить, что Пасха утешает, укрепляет, ободряет и дает смысл жизни и тогда, когда сама жизнь внешне довольно безрадостна и трудна. А через четыре месяца сбылась и моя давняя мечта – я стал священником.

В армии

Армейская характеристика

По Божией милости, армию я прошел хорошо. Перед демобилизацией попросил командира роты написать мне хорошую характеристику для представления по месту работы. Он очень постарался. Характеристика получилась именно такой, какую ждал от меня Владыка. Особенно торжественно звучали последние слова: "Политику партии и правительства понимает правильно".

С этой характеристикой я и вернулся домой. Приехал в начале июня 1974 г. к Митрополиту Иоанну. Как быть дальше? То, что я ни на какую светскую работу не пойду, – это ясно, иначе не смогу пробиться в священники. Где пытаться стать священником: в Москве или Ярославле? Владыка посоветовал: "Молись Богу не о том, чтобы непременно стать священником в Москве, а как Бог сочтет нужным".

Иерейская хиротония была назначена на 1 августа 1974 года – день памяти преподобного Серафима Саровского, одного из моих любимых святых. Всё прошло гладко, без нервотрепок. После евхаристического канона Владыка взял и дал мне в руки частицу Тела Христова со словами: "Приими Залог Сей и сохрани Его цел и невредим до последнего твоего издыхания, о Немже имаши истязан быти во Второе и страшное Пришествие Великого Господа и Спаса нашего Иисуса Христа".

Какое удивительное ощущение радости, трепета и ответственности: мне в мои руки доверено Тело Христово. И отныне мне поручается держать Это Тело Христово в своих руках и преподавать Его другим.

1974 г.

О выборе жизненного пути

Посвящение в сан священника стало точкой отсчета нового периода моей жизни. Меня спрашивают: почему в годы советской власти я выбрал путь служения священника? Но выбора как такового не было. С тех пор, как в школьные годы вера завладела моим сердцем, у меня не было сомнений, что я должен стать священником. Я счастлив и благодарен Богу, что осуществилась мечта моего школьного детства: я сорок восемь лет занимаюсь любимым делом: с радостью стою пред престолом Божиим во время богослужения, с радостью проповедую, получаю большое удовлетворение от исполнения своих пастырских обязанностей. И ни разу в жизни я не пожалел о том пути, по которому пошел.

В Клину

Я помню первый день своего приезда в Клин. Морозным днем я шел от станции пешком, и сердце, в буквальном смысле слова, затрепетало, когда впереди показались купола. И первое впечатление о храме было таким, как будто он всегда был моим, как будто мы с ним знакомы сто лет, и что именно здесь мне предстоит остаться надолго.

Конечно, тогда, в 1987 году, ситуация была совсем иная, чем сейчас. В храм ходили, в основном, бабушки, а люди помоложе ездили молиться километров за 20-50, потому что боялись увольнения с работы, административного наказания или выговора. Даже позднее, как помню, в феврале 1989 года в районной газете "Серп и Молот" на первой странице в рубрике "Из горкома КПСС" писалось, что на таком-то заседании городского комитета партии было решено взять на учет детей из всех верующих семей в районе. Или, например, приводился случай, как в селе Воронино какой-то тракторист принимал участие в крещении ребенка и его, соответственно, на собрании прорабатывали. Какая уж тут свобода? Поэтому и у Церкви была, можно сказать, двойная жизнь: внешняя и своя, особая, внутренняя.

 

О священстве

Я счастлив, имея пастырское служение своим основным занятием. Не так уж много людей могут похвастать, что любят свою работу. Труд священника, хотя и очень тяжел, подчас до изнеможения, но дает великую радость и в Богослужении, и в общении с людьми, и в видении плодов Божией деятельности с нашим участием. Даже в самые трудные минуты никогда бы не променял крест священника на иную деятельность. Если уж, как принято в юбилейные даты, оглядываться назад, то, в первую очередь, вижу плоды Божией любви, которая ведет по жизни верующих людей. Вижу многие дела Божии, как в человеческих жизнях и сердцах, так и в стране, и в обществе.

Больше всего радости приносили духовные удачи: когда люди выходили из жизненных кризисов, обретя веру, когда происходит постоянное увеличение количества активных прихожан, когда открываются и оживают новые приходы, когда дети находят в вере фундамент для взрослой жизни и многое другое.


 

После молебна 1 сентября 2018 г. в Православной гимназии "София" г. Клина

С учащимися воскресной школы при Скорбященском храме, 2019 г.

Пасхальное богослужение в Скорбященском храме, 2020 г.

 

Фото из семейного архива протоиерея Бориса Балашова и архива издательства "Христианская жизнь"


 

Перепечатка в Интернете разрешена только при наличии активной ссылки на сайт "КЛИН ПРАВОСЛАВНЫЙ".
Перепечатка материалов сайта в печатных изданиях (книгах, прессе) разрешена только при указании источника и автора публикации.


Категория: Жизнь благочиния | Добавил: jula (22.04.2022)
Просмотров: 206
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Меню сайта

Поиск







Друзья сайта

Статистика

Copyright MyCorp © 2022 Яндекс.Метрика