Клин православный

Сергиево-Посадская епархия Русской Православной Церкви

Бабушка
Храм Благочиние Статьи Вопросы священнику
Приветствую Вас Гость | Среда, 26.01.2022, 01:34 | RSS
 
Форма входа
Логин:
Пароль:

Воскресная школа

Занятия в воскресной школе
и на Библейско-богословских курсах



Рождество Христово
Рождество Христово
7 января -
Рождество Христово



Богослужения
Храм иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость"


Поддержите создание крестильного храма!

Рубрикатор статей
Жизнь благочиния
Из церковной жизни
Церковные праздники
Церковные Таинства
Как мы веруем
Духовное просвещение
Нам пишут
Здоровье душевное и телесное
Семь-я
Литература, искусство
Осторожно: секты
Церковь и общество
От иллюзий к реальности
Видео

Актуально

Предстоящие события


Перейти на новую версию сайта

Главная » Статьи » Литература, искусство

Бабушка

Автор: Т. Воронин

Широкий санный след, несколько оброненных поленьев. Дымки один за другим светятся в морозном ясном небе. Гулко лают собаки. Смотри, доченька, - вот мы и пришли.

Бабушка

Старенькая бабушка откроет дверь в сени. Темное морщинистое лицо все так и залучится, когда она увидит тебя, меня... Голос ее заскрипит, запоет ласково. Руки ее окружат тебя теплой, пахнущей ржаным хлебом любовью. Валенки поставит греться на печь, усадит на лавку и будет угощать вареньем из земляники. Темный лик святителя Николая глянет внимательно и серьезно из красного угла, мурлыкнет кот и прыгнет ко мне на колени.

- Что ж ты одна, бабушка?

- Муж да двое сыновей положили душу за царя-батюшку на германской, Федька и Митька от живота померли в гражданскую, Матвей-то, младшенький, не вернулся в сорок пятом, а дочка, она с шешнадцатого года... Павлик-то мой на побывку среди зимы явился - неделю отогревался (ох, Господи, прости, сынок), а потом опять - на немца... Ну вот, Аниска-то, как вышло ей совершеннолетие, уехала в город да там и сгинула по институтам да по училищам...

Она заплачет тихими, вековечными слезами, крохотные слезинки заплутают в овражках ее морщин, она перекрестится на икону...

- Как церкву-то рушили, наш отец Николай на коленочках стоял вот перед этим образом - в самом-то алтаре. Гнали его оттуда наши же мужики, он ни в какую... Орали на него на чем свет стоит, а когда в алтарь ввалились с оружием, он как встал, как перед ними поднялся во весь рост. Он у нас высокий был, статный из себя, на груди крест большой, подрясничек чистенький, ладный, да лицо все будто в поту, а глаза - ну знаешь, прости Господи, у матки такие бывают, когда теленочка забирать к ней приходят... Как он глянул на них, ничего не сказал, только глянул так, сынок, как вот только святители с образов глядят, все сердечко твое будто насквозь видят... Так они все и отпрянули, пьяные были, шальные, но все словно поняли, вышли из церкви-то. Наши-то были мужики, введенские, а уполномоченный, он из района был. Они ему и говорят: не можем. А он им на телегу указывает: снимайте ящики-то, а они: ящики сымем, а копать не будем. "Будете, как миленькие, - и наган достал, пальнул поверх голов для острастки. - Вас-то этот поп хренов (прости, сынок, ох, Господи) сколько годов обирал-обманывал, вы ж, мужики, были под пятой империализма, а теперь - вам советская власть свободу дает". Ну, в общем, выкопали они ямы-то эти, насовали туда взрывчатки, подожгли, все по кустам-то отпрянули... Ишь, как громыхнуло. На все Введенское, да за Лысой горой стекла дрожали. Этакой пламень над церквой поднялся, ажно до облаков... Как все отполыхало, дым-то разошелся: смотрим - а мы-то, бабы, как громыхнуло - все сбежались, - Аниска-то моя, младшенькая, плакала-орала, как блажная, а я все ж не удержалась - за всеми... Ну, тут глядим - от всей церкви-то один только алтарь остался - стоит, как был. От прочего-то - только осколоши кирпичные. Тишина была тяжелая, душная, как перед грозой. Все стоим, молчим, даже Аниска - и та приумолкла - загляделась, мужики-то все из-за кустов вышли, мрачные, хмурятся, вся дурь с них будто и слетела, один уполномоченный вертлявый такой, улыбистый, стал-таки распинаться, да на него шикнули - и его оторопь взяла... Стоим, глядим, а из алтаря по этим-то, по осколошам, идет отец-то Николай, живой, только подрясничек у него весь в известке, изорванный, а в руках образ-то этот сжал, крепко так, будто за него только и держится, чтоб не рухнуть. Вышел - да прямо ко мне - я впереди-то всех баб оказалась, поднял образ-то, меня благословил, как жениха с невестой, да мне и дает икону-то, эту вот - Николу Чудотворца, моего святителя-спасителя, - сколько раз выручал, ох, Господи, прости, сынок, - сам будто не видит, что у меня Аниска-то на руках, молчит, только глядит такими вот глазами, как я тебе говорила - таких у него прежде никогда не было. Как на духу у него бывала, он завсегда смотрел строго, конечно, но этак с улыбочкой, по-свойски, а тут - будто с Небес, всю-то душеньку навыворот видит, всю жисть мою вперед читает... Я образ-то взяла, изловчилась, Аниску держу и его и плачу - так слезы-то и хлынули, Михайло тут мой мне на память встал - словно идет в своей рубахе с петухами, - я ему к Пасхе перед японской вышила, - идет улыбается, весь легкий такой, серебряный, светится, идет словно по саду какому, а там цветы и дворец - хрустальный не хрустальный, но такой, что и барам-то не снилось... А за ним и Гришка со Степкой - глядят на меня так грустно-грустно - жалеют мать-то свою и крестят, крестят, благословляют, как наш отец-то Николай, и глаза-то у них - ну точно, как у него - святительские... Тут Аниска моя как заорала, гляжу, я, что пьяная, наземь рухнула, Аниска рядом - в траву - Матвейка мой прибег, ему семь годов-то тогда было. "Мамка, мамка, - кричит, - ты чего?" А я с образом-то так и осталась, держу его, никому не отдам... Вот так домой-то с ним и пришла. Сюда вот повесила. С энтих пор и не снимала. Сколько домов-то вокруг горело - мой все выстоял. Когда Гитлер шел, у нас тут партизаны были: коли в моей избе спрячутся - немец ни в жизнь не сыщет. А отец Николай-то? Отца Николая уполномоченный на ту же телегу посадил да в район увез. Что уж с ним сталось - одному Богу известно.

Из книги "День длиною в жизнь".
Клин, "Христианская жизнь". 2008 год

Фото: Татьяна Сазонова

Подвиг священника. Никто не забыт, ничто не забыто!
Как он стал от нас далек?


Перепечатка в Интернете разрешена только при наличии активной ссылки на сайт "КЛИН ПРАВОСЛАВНЫЙ".
Перепечатка материалов сайта в печатных изданиях (книгах, прессе) разрешена только при указании источника и автора публикации.


Категория: Литература, искусство | Добавил: Pravklin (10.05.2011) | Автор: Т. Воронин
Просмотров: 1619
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Меню сайта

Поиск







Друзья сайта

Статистика

Copyright MyCorp © 2022 Яндекс.Метрика