Клин православный

Сергиево-Посадская епархия Русской Православной Церкви

Протоиерей Виктор Чужаков. К 49-летию священнической хиротонии
Храм Благочиние Статьи Вопросы священнику
Приветствую Вас Гость | Воскресенье, 26.09.2021, 00:44 | RSS
 
Форма входа
Логин:
Пароль:

Воскресная школа

Занятия в воскресной школе
и на Библейско-богословских курсах



Богослужения
Храм иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость"


Поддержите создание крестильного храма!

Рубрикатор статей
Жизнь благочиния
Из церковной жизни
Церковные праздники
Церковные Таинства
Как мы веруем
Духовное просвещение
Нам пишут
Здоровье душевное и телесное
Семь-я
Литература, искусство
Осторожно: секты
Церковь и общество
От иллюзий к реальности
Видео

Актуально

Предстоящие события


Перейти на новую версию сайта

Главная » Статьи » Жизнь благочиния

Протоиерей Виктор Чужаков. К 49-летию священнической хиротонии

Автор: Елена Кислова

29 мая – 49 лет со дня священнической хиротонии протоиерея Виктора Чужакова, настоятеля Вознесенского храма с. Борщева. Наш корреспондент побеседовал с о. Виктором.

– Когда вы приняли решение стать священником? Что стало отправной точкой?

– После войны я учился в школе, находилась она в трехстах метрах от храма. Мама была верующей, трудолюбивой, у нее постоянно сочетались труд и молитва. И нас она приучала к этому. В праздники мы всегда в храме были – и школа была рядом с храмом, и учителя видели, как ходили. Однажды вызывают маму: вот, так мол и так – с них требовали. Пришла, с ней поговорили…

– И вы продолжали дальше учиться? Вам делали замечания за хождение в храм?

– Нет, не очень ругали. Я учился хорошо, и меня по учебе всегда в пример ставили.

– Крестик не заставляли снимать?

– Заставляли.

– А пионером вы, наверное, не были?

– Не был.

– Как же вас так терпели в школе?

– Ну, учились-то все нормально...

Я всегда в храме что-то делал, хор был очень хороший, пели хорошо, я радость от этого получал. Меня тянуло туда – не знаю, чем объяснить. Батюшка там был очень грамотный, учителем когда-то был. Во время гонения в аптеке работал – он хорошо знал латинский язык, таким образом и спасся ото всего. И вот, когда мне исполнилось 18 лет, он дал мне направление, и я приехал в Троице-Сергиеву Лавру. Народу – 200 человек, инженеры с серьезным образованием… Вот, сдаем, и вдруг все хорошо сдали – и меня зачисляют. Я сдал!

Ничего у меня не было, даже паспорта. Мне инспектор дал справку, чтобы мне выдали паспорт. Я съездил в район. Потом началась учеба. После, конечно, в школе узнали… Но поздно было, я уже учился. Вот, говорили, мы тебя воспитывали-воспитывали в атеистическом духе, а что получилось?..

– А вы из какого района, где жили?

– В Рязанской области. Здесь я окончил семинарию, и потом меня взяли в армию. Было очень тяжело, хрущевские времена, хотели покончить с религией в России. Но у меня была отсрочка, в армию попал в 23 года, когда уже в академии был. Три года в армии… И тут конечно, было такое воспитание, атеистическое. Не все выдерживали, но я выдержал. Бывали всякие разговоры – сидим за столом, 99% атеистов, один верующий. Я сразу всегда говорил, что у нас есть Конституция СССР: хочешь, веруй, не хочешь – не веруй; 136 статья, еще я помню. Ну, и на этом такие разговоры заканчивались. Меня в армии научили военному делу. Я был наводчиком артиллерии, миномет 120. Звание ефрейтора получил.

– У вас Евангелие было? Как вы его прятали его?

– Все тумбочки там проверяли, но... Меня воспитывали солдатом, а солдат должен в каждой ситуации принимать правильное решение. В моей гимнастерке было два свидетельства армейских и Евангелие с ними…

– А кто на вас наиболее сильное влияние оказал в духовном плане? Может, кто-то из преподавателей?

– В семинарии я очень многое узнал, потом очень большое духовное влияние оказала академия, Лавра. Я был молодой, всё хотелось узнать о монашеской жизни. В келье жил одно время у старца. Утром такой подъем колокольчиком – все монахи встают и послушники. Братский молебен после послушания, когда не учились. В просфорне работал…

Был еще такой человек, Анатолий Петрович, он Берлин в войну брал. Он нас вдохновлял всегда, огромную моральную поддержку давал. И еще один человек, он потом стал митрополитом – высшую медицинскую академию закончил, полевым врачом был, солдатам оказывал помощь. Делал операции всем одинаково, но вот, бывали случаи, анализы и показатели схожие, а один выжил, другой умер. В чем причина? Думайте, молитесь всегда , – говорил. – Все в руках Божиих…

Больше всего, наверное, эти люди на меня оказали влияние.

Ещё про Патриарха Алексия Симанского расскажу. Я у него иподиаконом был. Он был после Патриарха Сергия и часто приезжал к нам в семинарию в Троице-Сергиеву Лавру (раньше семинария была в Новодевичьем монастыре, потом перевели). Я поступил в семинарию в 1955 г., на праздниках бывал всегда у нас Патриарх Алексий, делился своими воспоминаниями. Он ведь закончил университет, потом семинарию, академию, имел много государственных наград. И вот однажды про войну рассказывал, про Ленинград во время блокады. Перед Пасхой он написал послание и призвал проявлять героизм в войне против Германии и немецких войск. А немцы знали, где он служит на Пасху. И вот, – говорит, – мы отслужили, пришли разговляться в дом. Началась стрельба, и один из осколков пролетел мимо него к стене, силу потерял и упал. Он поднял этот осколок и завернул, на память. И вот сейчас, когда он скончался, при Московской Духовной академии есть музей имени Святейшего Патриарха Алексия I – Церковно-археологический кабинет. И там среди других экспонатов находится этот осколок.

– Ну, а в Клин вы попали уже в каком году?

– В 1959-м, были уже гонения хрущевские.

Когда приехал из армии, поступил опять на первый курс академии, потом еще три года учился, и в 1966 году под Казанскую у меня была первая служба в Скорбященском храме.

– Когда вы пришли, много было в храме прихожан?

– Очень. Потому что в районе было семь храмов, и один только в Клину.

– И это несмотря на то, что были как раз самые гонения на Церковь? Все равно люди шли?

– Много было. На родительские к нам записки с поминовением даже в алтарь через окошко передавали. В Клину-то, конечно (я был тогда энергичный батюшка, молодой, 29 лет или 30), – делать ничего не разрешали. А как мне боковую дверь сделать хотелось!.. Вот сейчас вы заходите в храм, а у вас сбоку дверь, чтобы народ в центральную дверь приходил и через боковую выходил, например, когда освящение воды. Но разве можно было тогда, как сейчас, на улице расположить бочки?! Уполномоченный не разрешал: только в храме. А уж очень тесно было выходить... И задумал все-таки я эту дверь сделать. Посоветовался с диаконом – был у нас о. Виталий. «Что вы, – говорит, – батюшка, мы 25 лет уже добиваемся, и никак не получается. Горсовет кивает на уполномоченного, а уполномоченный – на горсовет». И Сам Господь мне помог! В воскресенье идет парад, 9 мая. В воскресенье надо служить, а перед этим была родительская у нас, Радоница, – очень много записок. Был у нас такой титан, и там жгли записки – так много положили записок, что дым пошел из окна. А в Высоковске войсковая часть: пожар!

Приезжают. Уборщица залила все.

– Где настоятель?

– Я, – говорю, – иду.

– Так и так, у вас тут пожар, мы дадим помощь вам.

– Мы справимся, ничего страшного.

Пожарник стал всё осматривать. А я говорю, что у меня в храме народ в дверь еле проходит, надо бы запасную сделать. Он говорит: «Да, конечно, надо делать!»

Всё. Сделали! Что там горсовет – пожарники велели!.. Господь помог!

– А на Пасху в храме, говорят, народу очень много было, а когда за крещенской водой приходили, очередь чуть ли не до рынка была?

– Да, было такое… Я расскажу, какой однажды со мной случай был. На рынке продают куличи: покупаешь, в очередь становишься и идешь к храму. Была такая традиция, чтобы именно сначала подойти к Плащанице, а потом бы батюшка освящал. И вдруг приезжает из горсовета горком, партком: «Что это такое у вас, очередь? Идет такое дело – субботники, а вы что здесь делаете?! Надо работать!!!» Я говорю: «Мы советские христиане, а советские всегда впереди. Мы уже за две недели на этих субботниках отработали. А сейчас хочется кулич освятить и разговеться. Пора Пасху встретить!»

Они в Москву уполномоченному передали сразу: если отработали субботник, чего к ним придираться?

Вот так я и спасался…

Фото: Галина Акулова

Протоиерей Виктор Чужаков Клинского благочинияНаграда пастыря
Автор: Елена Кислова
Родился он в 1937 году в простой крестьянской семье. Отец его погиб на фронте, мать одна растила троих детей. От рассвета до заката трудилась в колхозе, а по воскресеньям водила ребятишек в церковь. И очень обрадовалась, узнав, что Витя поступил в Московскую Духовную семинарию. Со второго курса его призвали в армию. Отличник боевой и политической подготовки Виктор Чужаков терпел насмешки сослуживцев, но не отказался от православной веры и постоянно носил в кармане гимнастерки небольшое Евангелие и крестик.



Вознесенский храм с. Борщева Клинского районаСтраницы истории Вознесенского храма с. Борщева
Согласно клировым ведомостям за 1904 год, Вознесенская церковь владела усадебной, пахотной, сенокосной землей и лесными угодьями. Кроме того, причту принадлежали земельные наделы, выделенные прихожанами, и "собственные деревянные на церковной земле дома". До сего дня сохранилось в народе название места, где находились церковные земли: "Бугор Поповка", ныне - поселок Мирный.




Перепечатка в Интернете разрешена только при наличии активной ссылки на сайт "КЛИН ПРАВОСЛАВНЫЙ".
Перепечатка материалов сайта в печатных изданиях (книгах, прессе) разрешена только при указании источника и автора публикации.


Категория: Жизнь благочиния | Добавил: Pravklin (29.05.2015) | Автор: Елена Кислова
Просмотров: 1834
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Меню сайта

Поиск







Друзья сайта

Статистика

Copyright MyCorp © 2021 Яндекс.Метрика